Интересно о скучном: или ложь под микроскопом профайлера.

Выдержка из книги Евгения Спирицы “Психология лжи и обмана [Как разоблачить лжеца]”

Глава 5. Основные признаки и стратегии обмана

Поговорим о том, что же выдает лжеца, и о том, какие поведенческие стратегии выбирают лжецы в надежде обмануть верификатора.
 
П. Экман предлагает подразделять признаки обмана на утечки и информацию о наличии обмана[20]. Эта классификация кажется нам удачной, и поэтому мы также придерживаемся ее.
 
Что такое утечка? Это маркер, которым лжец нечаянно выдает себя. Утечки бывают лингвистическими (лжец случайно проговорился), утечки глазами (лжец нечаянно выдал себя иной синестезией), утечки лицом (появление микровыражения), утечки телом (эмблематические оговорки). Утечки, проявляющиеся на проверочный стимул, являются верными признаками обмана. Мы говорим о лжи, поскольку имеем дело с так называемым двойным посланием, то есть когда в процессе беседы тело противоречит словам.
 
Информация о наличии обмана свидетельствует о намеренно скрываемой информации, но не отвечает на вопрос, что именно утаивает опрашиваемое лицо. Зачастую бывает достаточно информации о наличии обмана, поскольку правду можно установить и иным способом, например, провести детективные или оперативно-розыскные мероприятия.
 
В некоторых контекстах правда оказывается незначимой. Так, работодатель легко может отказать в приеме на работу кандидату, если на исследуемую тему он продемонстрировал признаки, свидетельствующие о наличии намеренно скрываемой информации. В этом случае редко кто будет выяснять причины ее сокрытия, особенно это актуально при прохождении собеседования на топовые позиции.
 
 
В процессе опросной беседы верификатор каким-либо образом фиксирует все способы проявления информации о наличии обмана. Перепроверять их не нужно, поскольку благодаря адаптации они, как правило, не повторяются в первозданном виде. Необходимо проверять информацию о наличии обмана, снова предъявляя в строгой последовательности контрольные, проверочные и провокативные стимулы. Как вы понимаете, именно провокативные вопросы нацелены на то, чтобы выявить и зафиксировать утечки…. продолжение в источнике:

Информация о наличии обмана может проявляться в маркерах, связанных с глазами (проверка взглядом, учащенное моргание), изменениями в дыхании (учащенное дыхание, гипервентиляция легких, глубокие выдохи и вдохи), изменениями в голосовых модуляциях (повышение, понижение тона голоса, попытка прокашляться при ответе на проверочный вопрос), уменьшением слюнного секрета во рту (частое сглатывание, облизывание губ), бледностью кожных покровов, изменением в жестикуляции при проведении боевой части исследования и т. д.

Если при утечке достаточно ее отследить, иногда даже просто зафиксировать в памяти, то при информации о наличии обмана совокупных признаков, позволяющих верификатору однозначно сделать вывод о причастности или непричастности опрашиваемого лица, должно быть достаточное количество и они должны проявляться в разных информативных системах. Первое, на что мы обращаем внимание, – изменение дыхания. Важны также голосовые и психолингвистические изменения при ответах на проверочные вопросы. На протяжении всей беседы необходимо отслеживать все признаки лжи, проявляющиеся в реакциях вегетативной нервной системы. В отличие от американских школ безынструментальной детекции лжи лицевые сигналы и весь комплекс жестикуляции мы рассматриваем как дополнительные признаки, а не основные. Естественно, основной акцент делаем на психолингвистических особенностях речи опрашиваемого человека, поскольку это самый информативный канал. Чем больше информации о наличии обмана мы видим в разных системах организма, тем выше вероятность лжи.

Все эти признаки проявляются на фоне стресса и очень точно вписываются в концепцию стресса, описанную Гансом Селье[21].

Стресс (от англ. stress – «давление», «нажим», «напор»; «гнет»; «нагрузка»; «напряжение») – неспецифическая (общая) реакция организма на воздействие (физическое или психологическое), нарушающее его гомеостаз (целостность), а также соответствующее состояние нервной системы организма (или организма в целом). В физиологии и психологии выделяют положительную (эустресс) и отрицательную (дистресс) формы стресса.

Каким бы стресс ни был, «плохим» или «хорошим», физическим, физиологическим или эмоциональным, воздействие его на организм имеет общие характерные и неспецифические черты.

Впервые термин «стресс» в физиологию и психологию ввел Уолтер Кеннон в своих исследованиях, посвященных универсальной реакции человека на угрозу[22].

Ученик У. Кеннона, физиолог Г. Селье, в 1936 г. опубликовал свою первую работу, в которой описал стресс как общий адаптационный синдром, но длительное время избегал употребления термина «стресс», поскольку тот использовался во многом для обозначения «нервно-психического» напряжения (синдром «бороться или бежать»). Только в 1946 г. Г. Селье начал систематически использовать термин «стресс» для общего адаптационного напряжения, и в таком виде он вошел в современную психологию и психофизиологию.

«Стресс есть неспецифический ответ организма на любое предъявление ему требования (говоря о детекции лжи – стимулы). Другими словами, кроме специфического эффекта, все воздействующие на нас агенты вызывают также и неспецифическую потребность осуществить приспособительные функции и тем самым восстановить нормальное состояние. Эти функции независимы от специфического воздействия. Неспецифические требования, предъявляемые воздействием как таковым, – это и есть сущность стресса», – писал Г. Селье[23].

Еще в 1920-е гг., во время обучения в Пражском университете, Г. Селье обратил внимание на то, что начало проявления любой инфекции одинаково (температура, слабость, потеря аппетита). В этом факте он разглядел особое свойство – универсальность ответа организма на всякое повреждение.

При стрессе наряду с элементами адаптации к сильным раздражителям имеются элементы напряжения и даже повреждения. Именно универсальность сопровождающей стресс «триады изменений» – уменьшение тимуса, увеличение коры надпочечников и появление кровоизлияний и даже язв в слизистой желудочно-кишечного тракта – позволила Г. Селье высказать гипотезу об общем адаптационном синдроме, получившем впоследствии название «стресс». Работа была опубликована в 1936 г. в журнале Nature. Г. Селье выделил три стадии общего адаптационного синдрома:

• реакция тревоги (мобилизация адаптационных возможностей, которые ограничены) – на этой стадии проводим исследовательскую часть;

• стадия сопротивляемости – на этой проводим боевую часть;

• стадия истощения – этап получения признания.

Источник: https://psy.wikireading.ru/3728